Пресс-центр

Кризиса нет там, где рост был меньше

Развитие аграрно-промышленного комплекса тесно увязано с инвестициями в сельское хозяйство. Сегодня на этот рынок выходят непрофильные инвесторы, желающие вкладываться в перспективный пищевой бизнес. И дальше их будет только больше.

Общее мнение, что на пищевой сфере текущая экономическая ситуация сказывается только в лучшую сторону, верно лишь отчасти и не для всех. На самом деле в аграрно-промышленном комплексе происходят заметные изменения, связанные как с перетоком покупателей из сегмента в сегмент, так и появлением новых инвесторов, постепенно перекладывающих деньги из становящихся депрессивными отраслей в сельское хозяйство. Последняя тенденция актуальна уже несколько лет и по прогнозам экспертов будет только набирать обороты, несмотря даже на зарегулированность отрасли со стороны государства.

Профильные инвесторы смотрят на варягов позитивно. Даже если они терпят неудачу сделанные ими инвестиции положительно сказываются на общей ситуации на рынке и привлекают интерес к сельскому хозяйству со стороны крупного бизнеса. Например, в Алтайском крае сегодня многие  потенциальные  инвесторы прощупывают ситуацию на рынке, открывая небольшие сельхозпредприятия, пытаясь на своем опыте понять все плюсы и минусы аграрного бизнеса. Поэтому в перспективе нельзя исключать объявления целого ряда крупных инвестиционных проектов. Разумеется, если этот опыт будет признан удачным.

О текущей ситуации в сельхозбизнесе, влиянии на рынок непрофильных инвесторов и собственных планах по развитию бизнеса рассказывает председатель совета директоров агрохолдинга «Алтайские закрома» (Барнаул) Александр Терновой.

СПРАВКА

Агропромышленная группа (АПГ) «Алтайские закрома», созданная в 1998 году, связала в единую замкнутую цепь весь процесс производства – от поля и до прилавка. В состав АПГ «Алтайские закрома» входят: посевные площади, машинно-тракторная станция, собственный склад ГСМ, два мельничных комплекса, завод по производству растительных масел, комбикормовый завод, птицефабрика, четвертый хлебозавод и оптово-розничная торговля.

Слаженная работа предприятий агропромышленной группы позволяет своевременно и на высоком уровне выполнять заказы клиентов и являться гарантом высокого качества выпускаемой продукции.

Предприятия, входящие в состав АПГ:

- ООО «Зерновик», «АгроЛад», «Мельник»: ведут посевные и уборочные работы на полях с пшеницей, рожью, подсолнечником, горох.
- ООО «Повалихинский комбинат зернопереработки «Алтайские закрома»: переработка зерна (мука в/с, 1с, 2с, ржаная, отруби), производство масла (масло подсолнечное, жмых, фуза), производство круп (горох); производство комбикормов;
- ООО «Новоеловская птицефабрика»: производство и реализация мяса, полуфабрикатов и субпродуктов цыплят-бройлеров (цыпленок-бройлер, окорочок, крыло, желудки), производство варено-копченых деликатесов (окорочок, бедро, шея);
- ООО «Хлебозавод №4»: производство и реализация хлебобулочной продукции (хлеб, батоны, сдоба, кексы, торты, рулеты), производство и реализация кондитерской продукции (пряники, вафли, зефир, сдобное печенье);

Эйнштейн и инновации

Принято считать, что кризис сказался на продовольственной отрасли меньше, чем на остальных. Это действительно так?

— Эйнштейн в свое время вывел закон относительности. В данном случае его можно применить и к аграрному бизнесу. С одной стороны, кризис сказался на продовольственном секторе экономики. Мы работаем на потребительский рынок, на конкретного человека. Если его доходы снизились, то падает и покупательская способность. Многие стали экономить. Если раньше в нашей компании кондитерское производство было загружено на 108–110 процентов, то сегодня на 101–102. Зато выросло потребление хлеба — с 97–98 процентов загрузки собственных мощностей мы сегодня вышли на 105.

Или еще один пример — сибиряки по своим вкусовым пристрастиям были всегда больше расположены к говядине, а сейчас предпочтения меняются в пользу мяса птицы. Сегодня принадлежащая нашему холдингу Новоеловская птицефабрика способна производить 350 тонн мяса птицы в месяц, и на складе нет продукции. Это нас как производителей и радует, и настораживает одновременно. Ведь объем средств у населения в какой-то момент может снизиться до такой степени, что и на птицу денег не будет хватать. Хорошо, что государство в этом плане сейчас проводит очень грамотную политику. В этом году в посевную не было роста цен на ГСМ. В прошлые годы топливо дорожало на 30–40 процентов, а то и на все 100. Плюс государство поддержало сельхозтоваропроизводителей, выдав 10–15 процентов дизельного топлива по цене на 20–25 процентов ниже рыночной.

С другой стороны, где всегда кризис сказывается в меньшей степени? Там, где подъем меньше. Продовольственный рынок в период резкого роста фондовых индексов рос не такими высокими темпами, как другие отрасли. Потому что этот рынок — в большой степени рынок социальных товаров. И здесь всевозможными методами сдерживалась маржа производителей. К сожалению, сдерживание это шло не экономическими, а административно-согласительными методами.

— Вы имеете в виду регулирование цен на продукты питания?

— Да. Причем больше было политиканства. Не всегда этим занималась исполнительная власть, чаще крикуны, пытавшиеся заработать политический капитал. Взять тот же хлеб. Когда мы столкнулись с этим вопросом, оказалось, что в месяц для одной семьи, если отменить дотации, хлеб подорожал бы примерно на 72 рубля. Это стоимость хорошей импортной шоколадки. Проблема еще и в том, что у нас максимум 20 процентов населения нуждаются в дотациях на хлеб. Проще дотировать им по 100 рублей, чем придумывать неэффективную систему сдерживания целой отрасли.

— Получается, что потери отрасли в кризис оказались невысокими из-за низкой рентабельности?

— Не совсем так. Есть еще один нюанс. Любой собственник, который находится в сложных условиях, начинает заниматься инновациями. У него на производстве формируются инновационные технологии. Он на любую проблему смотрит под углом максимальной эффективности при минимальных затратах. Из-за низкой рентабельности продовольственный рынок просто более инновационен и поэтому имеет прививку от кризиса. Он по сути как космическая отрасль.

— И в чем заключается эта инновационность?

— Доводится оборудование. Мы в нашей компании объявили премию за снижение затрат при производстве. За 10 процентов снижения затрат одна сумма премии, за 15 — другая. Мы не стесняемся платить премии даже за снижение издержек на 1–2 процента, это тоже учитывается в премиальном фонде.

За последние полгода мы создали 73 новых рабочих места за счет открытия инновационного цеха. Он работает по технологиям, которые в США запущены только полтора года назад. Поймали их идеологию. А почему поймали? Стали больше задумываться над издержками производства с целью повышения конкурентоспособности на рынках Сибири. Технологии позволили снизить себестоимость и увеличить объемы продаж. Сейчас благодаря этому осваиваем Омскую область, Хабаровский край.

Схемы тридцатилетней давности

— Вы согласны с тем, как регулируется сегодня сельхозотрасль?

— В принципе я поддерживаю политику администрации края в том плане, что ведется очень грамотная работа по представлению Алтайского края не как индустриально-аграрной территории, а как аграрно-индустриальной. Потому что оборонно-промышленный комплекс сегодня сужается, а продовольственная проблема нарастает. У нас практически половина основных продуктов питания завозится извне. Но считаю, что нужно смелее убирать нерадивых муниципальных служащих. У меня ни к кому нет личной неприязни, понятно, что государство — это консервативная система с четко определенными границами деятельности. Но могу привести наглядный пример. В Первомайском районе 50 тысяч гектаров неосвоенных земель пашут только за счет административного ресурса. Пропаши, просят, лишь бы губернатор увидел, что земля вспахана. И ничего не сеется! Или сеется гречиха, которая дает 2–5 центнеров с гектара.

— Вы хотите сказать, что губернаторская программа по освоению неиспользуемых земель превратилась в показуху?

— На подавляющем большинстве территорий она выполняется. Я озвучил конкретный пример. У нас есть Косихинский район, где эти земли осваиваются. Но там за них идет серьезная борьба. Понимаете, возникает подозрение, что, запахивая неучтенные земли той же гречихой, чиновники получают левые деньги. Мы еще не до конца поняли, как это делается. А чиновники, видимо, знают. Они возродили схемы тридцатилетней давности, став, по сути, муниципальными князьками. И еще травят предпринимателей за то, что они требуют землю. Вместо того чтобы отдать выморочные земли на конкурсной основе, они затягивают этот процесс, нарушая федеральное законодательство. И ни одна прокуратура, к сожалению, не требует с глав районов его выполнения. В этом недостаток власти субъекта федерации. Надо жестче требовать выполнения законодательства.

— Как вы относитесь к программе развития Алтайского Приобья?

— Я прочитал данный документ. Идея сама по себе не нова, в разное время она называлась по-разному. Но идей бывает много, а конкретных дел — мало. Главное, что администрация края сегодня сделала — обозначила цель, обрисовала задачи и сформулировала возможный прогнозный план развития событий. Это уже большой шаг. Потому что когда человек знает, чем и как заниматься и для чего — это очень хорошо. Будет или нет реализовано задуманное, зависит от того, станет ли проект флагом, как «Сибирская монета», или будет создан пул единомышленников, где учтут как положительный, так и отрицательный опыт прошлой работы. При реализации любого проекта нужен генератор. От того, кто станет генератором Алтайского Приобья, зависит реализация проекта. Но я против одного… Мы в советское время понастроили заводов-гигантов и стали свидетелями того, как они разрушались. Особенно в Барнауле, тем более — в Рубцовске. Нужно поменьше мегапроектов и побольше помощи средним предприятиям.

Кто победит

— Вы благосклонно относитесь к крупным инвесторам, которые последнее время объявляют о крупных инвестиционных проектах на территории края?

— Я спокойно к этому отношусь. У людей появляются свободные деньги от иного бизнеса, они думают, куда их можно вложить. Сельское хозяйство вроде бы дает доход. Как некоторые рассуждали — вот «Алтайские закрома», у них 100 гектаров земли, с которых они зарабатывают определенную сумму. Возьмем тысячу гектаров и умножим прибыль на 10. Но такие расчеты не учитывают самого главного — эффективности производства. А для того, чтобы получить такую же эффективность, нужно создать сильную команду управленцев, заложить идеологическую, а не только материальную основу работникам в голову. Доход приносит рачительное отношение к земле. По-моему, не все приходящие инвесторы это понимают.

— Непрофильных инвесторов на рынке сейчас вообще много. Это мешает?

— Непрофильные инвесторы хороши тем, что вкладывают в сельское хозяйство края деньги, на которые три–четыре года люди живут. Экономике региона это не вредит. Те, кто занимается этим уже много лет — «Искра», «Мельник», «Алейскзернопродукт», «Алтайские закрома», по этому поводу не беспокоятся. У нас есть идеология, выработано поэтапное движение вперед, все расписано по годам. А непрофильные инвесторы создают для нас хорошую конкурентную среду: подталкивают к совершенствованию внутренней дисциплины, работе над издержками, к инновационным технологиям. В любом случае — есть спецназ морской пехоты и простые пехотинцы. Кто победит? Понятно, что более подготовленные воины. Примерно то же самое происходит и здесь.

— Но победить можно не только за счет умения, но и лучшего настроя.

— Значит, непрофильный инвестор сумел подобрать сильную команду и стал профильным инвестором. Но пока таких примеров крайне мало. Возьмите «Русское поле». Много хороших начинаний, но где результаты? Где «Алмак»? Компании начинали резко, но этот бизнес надоедал, люди искали новые варианты для вложения средств. Ресурсы перекидывали туда, кредитуясь под сельское хозяйство. Мне, например, тяжело понять некоторых инвесторов, у которых земли раскиданы на 200–300 километров друг от друга. Некоторые холдинги не всегда вовремя рассчитываются с фермерами. Началась посевная кампания, деньги фермеры не получили. Соответственно, они не посеялись. Может быть, искусственно создается ситуация, чтобы забрать у них эту землю, а потом отдать им же в аренду? То есть чтобы был не творческий человек, не хозяин, а крепостной? Тоже неправильный подход.

— То есть будут перетекать деньги в сельское хозяйство из других сфер бизнеса по причине перспективности агробизнеса?

— Мы уже видим этот процесс. Например, «СЭУС-Агро», собственники которого раньше занимались углем и металлом, вкладывает деньги в сельское хозяйство. Владельцы компании «Марьино поле» занимались страховым бизнесом и углем, а сейчас работают и на земле.

Вообще мне сложно судить о перспективности сельского хозяйства, не имея фактических данных. Давайте просто просчитаем среднегодовое потребление каждым человеком мяса, молока, хлеба и так далее. Посмотрим, сколько в мире производится этих продуктов питания. И увидим, что у нас уже перепроизводство по многим отраслям в мире. Люди голодают в бедных странах Африки и Азии, но мало кто хочет продавать туда продукты питания — не те цены. Я думаю, что в производстве продовольствия есть перекосы. Так же, как были перекосы в производстве металла. Помните, все домны стали строить, коксохимические заводы открывать. Но никто не задумывался, что любая отрасль имеет цикличность, то есть амплитуду взлета и падения. Непрофильные инвесторы, которые теряют сейчас деньги в закрывающемся игорном бизнесе, будут пытаться войти в сельское хозяйство. Как бы не произошло переизбытка этих денег. Выживут опять же те, кто сумел создать сильные команды, заложил правильную идеологию и вдумчиво строит интегрированные системы.

— А «Алтайские закрома» планируют инвестировать средства в новые проекты?

— Мы планировали на территории Первомайского района построить мегаферму и молокозавод. Но в связи с тем, что у нас изъяли 2,5 тысячи гектаров пашни, передумали. Пока не вернем, не создадим условия для создания этой мегафермы, определенный запас прочности, проект не будет продвигаться. Надо создавать всю цепочку — база кормовая, база перерабатывающая и база, которая даст конечный продукт — не просто цельное молоко, а спектр продуктов. Сейчас мы занимаемся тем, что совершенствуем систему земледелия. Наша задача — выйти на 30–40 центнеров с гектара. И после этого будем задумываться, в каких направлениях идти дальше. На Новоеловской птицефабрике, я думаю, в августе, мы откроем производство яйца от куриц-несушек. Яйцо будет чуть дешевле, чем у всех производителей, а качество значительно выше.

Матвей Эргардт, автор «Эксперт Сибирь»

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наши новости
В разделе «Инвесторам» настоящего сайта содержится информация, подлежащая раскрытию ЗАО «Барнаульский хлебокомбинат № 4» в сети Интернет, в соответствии с «Положением о раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг», утвержденным Приказом Федеральной службы по финансовым рынкам от 10 октября 2006 г. № 06-117/пз-н и иными нормативными правовыми актами Федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг.
В разделе «Инвесторам» настоящего сайта содержится информация, подлежащая раскрытию ОАО «Повалихинский комбикормовый завод» в сети Интернет, в соответствии с «Положением о раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг», утвержденным Приказом Федеральной службы по финансовым рынкам от 10 октября 2006 г. № 06-117/пз-н и иными нормативными правовыми актами Федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг.